О.Сергий Николаев: АЗБУКА БОРЬБЫ С ГОРДОСТЬЮ

1611«При внимательном рассмотрении всякий грех свое родословие ведет от гордости. Так как основывается на предпочтении своего Божьему. Своего видения и понимания, своей воли, своих желаний закону Божию, церковным заповедям и голосу совести… Гордость есть превозношение себя… Это состояние противоположное смирению, недостаток смирения или отсутствие его… Или бывает, человек вроде и кается, бичует себя на исповеди. Но стоит духовнику признать хоть малейшую частицу его греховности, указать на причину или дать совет, как настроение самобичевания у кающегося пропадает, и он переходит к жесткому, не терпящему критики самооправданию и поучению духовника. Вроде как – «во грехах ты весь родился, и ты ли нас учишь?»…Если с гордостью не бороться, не отслеживать ее и не контролировать, то она овладевает человеком, и Бог становится ему не нужен…«Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» – говорит Апостол» Протоиерей Сергий Николаев. %d0%ba%d1%83%d0%b7%d0%b8%d1%87-5
Как бороться с матерью всех пороков – гордостью, в чем разница между гордостью и чувством собственного достоинства и какой бывает истинная любовь к себе, рассказывает протоиерей Сергий Николаев, настоятель Христорождественского храма в с. Заозерье Павлово-Посадского района Московской области.
– Отец Сергий, что такое гордость? Про нее постоянно говорят, ее называют началом всех пороков. В «Откровенных рассказах странника» даже говорится, что всегда на исповеди надо каяться в гордости, потому что она присутствует в каждом человеке, и победить ее нельзя в принципе. Что же это вообще такое?

– Гордость называют демонской твердыней и фундаментальной страстью. Она – основание всех грехов. Гордостью согрешил одаренный от Творца величайшими достоинствами бесплотный дух, когда счел себя равным Богу и не захотел смириться перед Ним. Был ангелом, а стал демоном.

И сколько же сразу от гордости родилось деток! Если перечесть из книги Бытия сцену искушения дьяволом-змием Евы у древа познания добра и зла, то встретим там немало порождений гордости. Это зависть демона участи людей, коварство, клевета на Бога (подлинно ли, что Бог запретил вам есть от всякого дерева?), ложь и лукавство.

Семена искушений всходят в душе Евы грехами недоверия Богу, Его благому попечению о человеке (что-то скрыл, чего-то недодал); тщеславия (будете, как боги), любопытства, своеволия, непослушания и нарушения заповеди Божией. Да еще и чревоугодия; плод был увиден женщиной новыми глазами, как весьма приятный для пищи.

При внимательном рассмотрении всякий грех свое родословие ведет от гордости. Так как основывается на предпочтении своего Божьему. Своего видения и понимания, своей воли, своих желаний закону Божию, церковным заповедям и голосу совести. Святитель Феофан Затворник называет гордость самоценом. Говорит, что ей свойственна всяческая самость.

Гордость есть превозношение себя, преувеличенное представление о своей значимости. Это состояние противоположное смирению, недостаток смирения или отсутствие его. Кого называют гордым? Человека высокомерного, спесивого, зазнающегося, превозносящегося перед другими, самодовольного.

Хотя, понимать свою значимость – нормально, потому что человек сотворен по образу и подобию Божию и является уникальным существом на земле. Как сказано у Пророка: «Господи, … что есть человек? не много Ты умалил его перед Ангелами; славою и честию увенчал его; поставил его владыкою над делами рук Твои; все положил под ноги его…» (Пс. 8,1–7).

До грехопадения человек, будучи в трезвом, не омраченном грехом, разуме, понимал и принимал свою ограниченность и зависимость от Бога. И это было правильное, трезвое понимание. А когда грех исказил человеческую личность, исказилось и понятие человека о себе.

Казалось бы, человек грешный должен был считать себя ущербным и более зависимым, чем прежде. А в результате умопомрачения стал считать себя более значимым и независимым. Разве не безумен поступок Адама, когда после грехопадения он прячется от Всевидящего Бога среди листвы? Уж он-то, по опыту должен был знать, что от Бога нигде нельзя скрыться. И, тем не менее, прячется, как дитя с несовершенным разумом. А потом еще и дерзко обвиняет в своем проступке самого Бога.

Как он отвечает на вопрос, не ел ли он плода с заповедного дерева? Понимая, что Господь все знает, он не говорит просто: «да» или «ел». Он свой ответ начинает словами: «жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел». То есть, не – «я виноват», а, «во-первых, Ты виноват, что дал мне эту жену, во-вторых, жена виновата, что прельстилась плодом и предложила мне его, а уж потом – чуть-чуть виноват и я». Преп. Иоанн Лествиничник гордости присваивает эпитет безумная.

Некоторые ученые происхождение слова «гордый» определяют от латинского «gurdus» –глупый, тупой. Гордость действительно сродни безумию и глупости. Мы понимаем, что у гордого человека понятие о себе далеко не соответствует истине. Внешне это порой выглядит даже смешно. В одном из рассказов Фазиля Искандера есть описание некого рыбака, в частности, маленький штрих: «У него было такое горделивое лицо, которое бывает только у очень глупых людей».

Когда говорят, что от гордости невозможно освободиться окончательно, имеют в виду, что невозможно полностью победить свою греховность. Безгрешен только Господь, а человек остается грешным до последнего вздоха. Великие святые находили, в чем каяться и на смертном одре, и покидали этот мир в трепете. А коль корни всякого греха – в гордости, то, значит, она своими детьми и внуками присутствует в нас.

О великом подвижнике, преподобном Марке Фраческом, который словом заставил гору сдвинуться с места и перейти в море, известно, что перед смертью он успокаивал трепещущую в ожидании мытарств душу. Святой, вспоминая свои подвиги, говорил ей: «Душа, мы хорошо потрудились здесь». За эти слова душа преподобного была задержана при восхождении на целый час.

Мы можем сказать о ком-то, что этот человек негордый, но это не означает, что в нем нет гордости, а лишь то, что она в нем незаметна. Или то, что он с ней борется. Кстати, гордость не часто заметна вовне. «Она не вовне, она – в настроении» – писал о гордости преподобный Феофан Затворник. Это внутреннее состояние, и ему бывают свойственны самые различные, и даже противоположные проявления.

Человек может быть внешне добрым, а внутренне гордым. Есть такая форма жалобы или упрека: «Сколько я добра им делала, и то, и это». Далее – целый список добрых дел и участия и горькое продолжение: «А они не ценят». А как хочется, чтобы оценка ближних совпадала с личной оценкой своей доброты!

Или бывает, человек вроде и кается, бичует себя на исповеди. Но стоит духовнику признать хоть малейшую частицу его греховности, указать на причину или дать совет, как настроение самобичевания у кающегося пропадает, и он переходит к жесткому, не терпящему критики самооправданию и поучению духовника. Вроде как – «во грехах ты весь родился, и ты ли нас учишь?»

Борьба с гордостью – это процесс и дело всей жизни. И конечно, этот процесс должен иметь поступательное движение. Если с гордостью не бороться, не отслеживать ее и не контролировать, то она овладевает человеком, и Бог становится ему не нужен.
…………………….


– Как же бороться с гордостью? Что с ней делать? Поститься-молиться-и…?

– Как бороться с гордостью? Прежде всего – молиться Богу и просить помощи. Помощи в том, чтобы научиться видеть в себе гордость, то есть собственно – видеть свои грехи. И в том, чтобы никого не осуждать. «Даруй мне зреть мои прегрешения и не осуждать брата моего». Это слова из молитвы Ефрема Сирина «Господи и Владыко живота моего…» Осуждает тот, кто не видит своих грехов. Можно вспомнить Евангельскую притчу о сучке и бревне.

Хорошо бы поставить себе за правило – не осуждать никого. Даже самых явных злодеев. Это вовсе не значит соглашаться с грехом или оправдывать его. Человека осуждать нельзя. Когда мы кого-то осуждаем, мы как бы говорим этим, что сами на такое неспособны. То есть гордимся своей чистотой хотя бы в этом случае.

Но такая самоуверенность обычно наказывается тем, что человек впадает в тот же грех, за который осудил другого. Может быть, не в том масштабе, в других обстоятельствах.

Припоминается давний случай. Пожилая женщина говорила о себе, что прожила жизнь без абортов. Она словно ставила себя в пример тем, кто совершил этот грех: «Я сразу сказала, что не пойду на это». Она была человеком церковным, начитанным и знала, что за осуждение Господь может попустить впасть в тот же грех. Чтобы человек на собственном опыте познал свою слабость.

Но она была в возрасте, и в этом отношении чувствовала себя в безопасности. Но случилось, что забеременела ее дочь. Да так, по-житейски, не ко времени, что новость воспринялась, как трагедия. Рушилось сразу множество семейных планов. Какую внутреннюю борьбу переживала бедная мать! Правильное решение было принято сразу, однако призрак возможности еще долго мучил. Зато у нее был опыт: не осуждать ни за какой грех.

Гордость имеет очень много проявлений, пронизывает всю нашу жизнь. Их нужно знать и отслеживать. Хотя именно гордость и не дает нам увидеть свои грехи. Одна из областей гордости – самость или обращенность на себя. Вот некоторые формы ее:

Самолюбие. Человек не переносит укоры, замечания. Как сказал один из оптинских старцев: «самолюбие только тронешь, оно вопит – шкуру дерут!»

Самолюбию свойственна обидчивость. Обида появляется там, где оценка самого себя чрезмерно высока. Обидчивость – коварная штука. Порой нам кажется, что мы имеем право на обиду. Что раз с нами поступили не честно, то наша обида законна. Есть семьи, в которых разбор взаимных обид длится десятилетиями. «Не позволю, чтобы об меня ноги вытирали!», «что я – половая тряпка, чтобы все прощать?», «я знаю, она мне все на зло делает, что же – молчать?» Жизни уходят на отстаивание своего воображаемого достоинства.

Если чувствуете, что обижаетесь, то лучшее лекарство – вспоминать свои грехи. Обида и пройдет. И все же, может быть обида законной? Однажды в конфликтной ситуации, где со мной поступили явно нечестно, мне понадобился совет, и я обратился к опытному человеку.

«А ты сделай вид, что обиделся» – сказал он. Не посочувствовал: мол, да, такой поступок стоит обиды. А предложил только сделать вид, будто обиделся. Для того чтобы у обидчика пробудилась совесть. А вот, когда мы действительно обижаемся, то наша обида, прежде всего, угнетает и разрушает нас самих, а обидчика лишь раздражает, в большей или меньшей степени.

Завышенная самооценка – это то, что сейчас культивируется в обществе и пришло к нам с Запада, понятие прямо противоположное христианскому духу смирения. Человеку внушается, что его недостатки – из-за заниженной самооценки, вроде бы из-за этого неправильно формируется личность.

Но какая личность? Та, чьи интересы ограничиваются здешним миром. Та, которая хочет добиться успеха только в этой земной жизни. Христианство же учит, что личность нужно формировать для жизни будущей. Для Царства Небесного. Такая личность формируется благодатью Божией, которая дается за смирение. «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать» – говорит Апостол.

Еще для самолюбия характерна мнительность. Человеку кажется, что почти все окружающие его люди о нем думают, обсуждают, делают какие-то выводы из его слов и поступков. Что-то против него замышляют.

Он привык сосредотачиваться на себе, длительно разбираться и переживать свои слова и действия. Но не перед совестью, а как бы в глазах других людей. «Не надо было этого говорить», «Лучше бы я …», «Теперь обо мне подумают…» Поэтому ему кажется, что и другие люди сосредоточены на нем. Это крайне мучительное состояние, граничащее с болезнью.

Самолюбивому трудно просить прощения. Вообще трудно чего-либо просить. Если это есть в характере, надо себя пересиливать. Первому просить прощения. Не слишком охранять свою независимость и просить близких об одолжении, когда это бывает нужно. Жизненная позиция – «Я никогда никого не просил и не попрошу» – от гордости.

Самолюбивый с трудом знакомится и с трудом дружится с людьми. «А как я к нему подойду? Что он мне скажет?» А ведь всем нам в духовной жизни нужны живые примеры. Поэтому так важно приходское братство, и священники посвящают этому немало сил. Но гордого человека нелегко «привить» к приходскому обществу.

Самолюбию сопутствует самомнение. Самомнение видно из привычки перебивать чужую речь. «Послушайте, а вот я скажу», «я вам сейчас все объясню», «да вы не понимаете». В споре такой человек слышит только себя или то, что совпадает с его мнением. Если же встречает несогласие, то злится и может начать дерзить.

Самонадеянность. Господь говорит: Без Меня не можете творить ничего. А самонадеянный человек думает, что его знания и опыт – залог непременного успеха задуманного дела. Большинство несчастных кредитных историй, о которых мы слышим, – результат самонадеянности. Множество несчастных браков, заключенных по страсти или слишком поспешно – тоже результат самонадеянности. У Пророка читаем: «Возложи на Господа заботы твои, и Он поддержит тебя» (Пс. 54,23). А мы как-то чаще надеемся на свои силы, здоровье, деньги, связи.

Самодовольство. Это состояние души, которое заметно даже со стороны. Человек самодовольный, как правило, выглядит смешно, в большей или меньшей степени. Самодовольный человек всегда считает себя правым, а ведь такого просто не может быть. Типичные выражения: «Я же предупреждал», «я всегда говорил», «я всегда так думал», «вот не послушали меня…».

Самоволие. Состояние совершенно недопустимое в обществе, в работе, когда деятельность подчинена определенному плану, и каждый должен делать свое дело. Своеволие проявляется там, где нет ответственности перед старшим, перед начальником. В армии, на государственной службе, в Церкви, в семье – своеволие разрушительно для системы.

Гордому человеку трудно подчиняться другим. А смиренный понимает необходимость подчинения людям и обстоятельствам и проще переносит свою зависимость.

О тщеславии уже говорилось, но можно добавить. С ним связано самохвальство и хвастовство. Все знают, что хвастаться неприлично. А как порой хочется повеличаться! Так ведь не обязательно ногу задирать: «А у меня новые туфли!» Можно рассказать, что на днях пришлось пять часов ходить по магазинам (или по делу), так что все ноги стерла. И при этом глазами указать на эти самые ноги, обутые в обновку. Можно, обсуждая распродажу в магазинах, вздохнув вспомнить, как вам трудно подобрать готовую вещь. «Всегда приходится в талии ушивать».

Иногда кажется, что сообщая о своих успехах и благополучии, мы как бы приглашаем порадоваться вместе с нами. Может быть и так. Но это уместно лишь с очень близкими людьми. И все же лучше поменьше говорить о себе.

И вообще поменьше говорить. Многословие тоже родня гордости и тщеславию. В многословии видна уверенность в личном превосходстве. Уверенность в праве на чужое время и внимание.

Многословие – это примитивный процесс самообнаружения. Как просто выставить себя умным, начитанным, знающим. Дать полюбоваться собой! «Вы, конечно, читали у такого-то», «как, помните, сказано у…». И при случае удивиться – «Не читали? Как же вы?» Немножко превознести себя, незаметно унизив собеседника: «Да это всем давно известно!» или «Мне про это еще десять лет назад рассказывали».

Если для тщеславия привычно многословие, то смирение – молчаливо. Один мой друг как-то подвозил из Троице-Сергиевой Лавры в Москву троих молодых людей – двух девушек и молодого человека. У девушек с моим другом завязался разговор. Разговаривали о чем-то духовном. Было интересно, был интересен опыт другого человека. Только к концу путешествия они заметили, что молодой человек не сказал ни слова. «А ты то, что молчишь?» – спросили его. Он ответил: «Христианин должен вести себя так, чтобы его вообще не было слышно, если его не спрашивают». Вот такое смирение.

Иногда тщеславие проявляется как жеманство, кокетство и лицемерие. То есть, как отсутствие простоты в поведении.

А еще тщеславие воровато. Оно похищает награду за добрые дела. Спаситель говорит, что добрые дела не следует творить напоказ. Те, кто творит милостыню перед людьми, уже получают награду свою. По слову Спасителя добрые дела надо скрывать даже от себя. Не созерцать их внутренне, не вспоминать, не услаждаться мыслью о содеянном. «Пусть левая рука твоя не знает, что делает правая». И тогда «Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно».

Другое дитя гордости – любопытство. Человек распространяет свое внимание повсюду. Кажется, что ему необходимо знать и об одном, и о другом, и о третьем. Но не в поисках истины, а как привычное занятие для мозгов. Апостол говорит о таковых, как о всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины.

Самооправдание.
Когда слишком больно видеть свой грех, как он есть, нам хочется прибавить «потому что». То есть часть своей вины, или даже всю вину, возложить на обстоятельства.

На деле самооправдание – это самообман. Лукавство перед самим собой, по словам Феофана Затворника, самое злое из всех лукавств. Душевную боль и стыд от видения своих грехов можно использовать для возбуждения ненависти к самому греху. И тем облегчить себе войну с ним.

Проявлениям гордости следует противопоставлять смирение. Для этого смирение нужно полюбить. Смирение от слова мир. А гордость подразумевает постоянное противление, вражду и недовольство. Причем не только людьми, но и обстоятельствами. Гордость досадует и на погоду, и на неодушевленные предметы. К примеру, на сломавшийся пылесос: «Чтоб тебя…»

Но откуда взять это смирение? Святые отцы говорят, что самолюбие (гордость) врачуется внешним поношением. Один человек каялся в гордости и спросил своего духовника: «Что мне делать? Как избавиться от гордости?» И опытный духовник ответил: «Ты молись, чтобы Господь послал человека, который будет тебя обижать и унижать несправедливо, это тебе будет полезно». Современная история.

Можно вспомнить и более древнюю, про одного монаха, которого не любили и поносили в монастыре. Он решил уйти в другой монастырь. А там еще больше монахов его невзлюбили. Он опять ушел, но по дороге подумал: «А что если там еще хуже будет, дело-то не во внешних обстоятельствах, а во мне». Взял он хартию и написал: «Все буду терпеть ради Христа». Пришел в монастырь, и когда ему было тяжело, заглядывал в хартию, читал надпись и успокаивался.

Братия заподозрила, что он колдун – они его ругают, а он куда-то заглядывает и не реагирует. Настоятель потребовал объяснения, посмотрел хартию и сказал другим: «Поучитесь у него, этот брат приобрел смирение. Терпя незаслуженные обиды, он приобрел покой».

Еще надо учиться уступать. Смирять свою волю перед волей другого человека. Можно заметить, что ссоры, споры и разногласия в большинстве своем – попусту. Мир неизмеримо важнее. Не страшно даже если вначале смирение и уступчивость будут неискренними, а чисто внешними. От ума.

Как в старом семинарском анекдоте: Повздорили о чем-то два семинариста, дело дошло до рукопашной. Мальчишки. Пришлось вмешаться инспектору. «Вы же христиане! Должны уметь смиряться друг перед другом». «Хорошо, – тяжело дыша, сказал один. – Я смирюсь. Но ему не жить!» Со временем «самопринудительная» уступчивость станет привычной, откроются ее полезные и приятные свойства. Особенно то, что Бог смиренным дает благодать.

Смирение перед объективностью – это смирение перед Господом. Потому что все, что с нами происходит, происходит не без Его участия и направлено к нашей пользе. Жил один монах с келейником, оба были строгими постниками. Однажды старец заболел, и келейник решил сварить ему каши с медом, но перепутал горшки и вместо меда влил в кашу испорченное масло.

Старец съел. «Вкусно?» – спрашивает келейник. «Да, вкусно». Тот ему добавочки, съел и добавочку. «Вкусно?» «Вкусно». Он и в третий раз. Тут старец взмолился: «Прости, больше не могу». Келейник решил доесть кашу, попробовал и вскричал: «Ты меня убил. Что ж ты мне не сказал, что я положил прогорклое масло!»

А старец отвечает: «Друг мой, не огорчайся, если бы Господу было неугодно, ты бы этого не сделал. Это было нужно для моей пользы». Так же и нам надо верить, что приходящее извне, разные обстоятельства Господь попускает для нашей пользы.

– Значит ли это, что не нужно выражать своего мнения? А если нападают на веру, Родину?

– Если мы молчим, когда кто-то хулит Христа или Его Церковь, то нас можно назвать предателями. Здесь уместно выражение: «молчаньем предается Бог». Митрополит Филарет Дроздов сказал: «прощай врагов своих, гнушайся врагами Христовыми и поражай врагов Отечества». Иногда возникает необходимость засвидетельствовать свою позицию, свое отношение к происходящему независимо от того, спрашивают нас или нет. И касательно веры, и касательно государства.

Но наше отношение к вере (а также гражданскую позицию) выражают не только слова. Иоанн Шаховской писал: «Неверующие люди не могут опровергнуть веры, а верующие могут, если не живут по своей вере». Вот такая на нас ответственность. Если мы живем по вере, то и нападок на нее – меньше, а защищать и отстаивать ее легче.

Вообще, в конфликтных ситуациях нужно доброжелательно разговаривать со всякими людьми. Ведь не всегда тот, кто нападает на веру и Церковь, делает это сознательно. Большинство – от глупого самомнения, от неграмотности, по злому наущению, заблуждаясь. Если с таким человеком поговорить, может быть и не один раз, то его мнение о предмете переменится……

Читать интервью полностью на сайте «Православие и мир»

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: